?

Log in

No account? Create an account

Категория: еда

Так ли было все плохо при царизме?
Зарплаты, цены в Царской России.
Батон чёрного черствого хлеба весом в 400 грамм - 3 копейки,
Батон ржаного свежего хлеба весом в 400 грамм - 4 копейки,
Батон белого сдобного хлеба весом в 300 грамм - 7 копеек,
Картофель свежий урожай 1 килограмм - 15 копеек,
Картофель старый урожай 1 килограмм - 5 копеек,
Мука ржаная 1 килограмм - 6 копеек,
Мука овсяная 1 килограмм - 10 копеек,
Мука пшеничная высшего сорта 1 килограмм - 24 копейки,
Мука картофельная 1 килограмм - 30 копеек,
Макароны простые 1 килограмм - 20 копеек,
Масло подсолнечное 1 литр - 40 копеек,
Курица парная 1 килограмм - 80 копеек,
Яйцо отборное десяток- 25 копеек,
Мясо говядина лопатка 1 килограмм - 45 копеек,
Мясо свинина шейка 1 килограмм - 30 копеек

Теперь о жаловании служащих в дореволюционной России. Самые маленькие оклады в начале XXвека были у младших чинов государственных служащих в размере 20 рублей в месяц. Столько же получали простые служащие почты, земские учителя младших классов, помощники аптекарей, санитары, библиотекари и т.д.
(очередные подсчеты в интернете)



Вечернее время, № 572, 1913
Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
Как питаться бедной семье из 5 человек, затрачивая на питание от 21 до 27 рублей в месяц.



Русский фунт = 0,409 кг
Средняя заработная плата в Российской империи в 1900 году указывается в 33 руб.

Итак, на пятерых при затратах 27 руб. в месяц
завтрак : 204 гр. овсяных круп, 1 литр молока, 51 гр. сахара, 818 гр. хлеба 2 сорта
обед: 613 гр. говядины, 818 гр. картофеля, 818 гр. капусты, 102 гр. сала, 613 гр. ржаного хлеба
ужин: 613 гр. хлеба 2 сорта, 306 гр. сыра нежирного, 51 гр. сахара, 51 гр. сливочного масла

В современные цены перевести можете сами, как и считать далее:




М.И. Покровская, "Как вести бедное хозяйство", 1900
Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Все знают, как готовить украинский борщ. "Книга о вкусной и здоровой пище" тоже указывала, как его делать



Однако ж, 150 лет назад рецепт украинского борща очень сильно отличался.



РИСПИС: жена сказала, что есть такое не будет

Метки:

Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Жгет напалмом "Огонек" разлива 1992 года.

А теперь Елизавета Мадонова на американских корпоративах, страшным голосом, на неизвестном языке, распугивая цвет американского бизнеса, завывает

Ах, любовь, ты так прекрасна:
Все равны, всем - все равно!
Люблю я белое, люблю я красное -
Нет-нет, не знамя, а вино!
        Где тройка с посвистом,
        Попойка с ротмистром?
        Того, что сгинуло - не жалей, не жалей!
        Рвань шинельная, шпана панельная,
        Кому любовь мою за пять рублей?..
Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Соцреализм - фигура тотальной человеческой бездарности (Виктор Ерофеев "Шаровая молния")

Соцреализм был удобен тем, что давал заработать на кусок хлеба с маслом тем, кто никакими особыми талантами не блистал, да и более того - работать где бы то ни было не умел, не хотел и боялся. Но при этом желал быть причисленным к некой "элите" и, в соответствии с "элитарным" статусом желал мягко спать, вкусно есть, сладко пить и неограниченно совокупляться. Ибо серости и бездарности наипаче истинных талантов желают быть "не как все". Для любой серости желаннее этого никогда не было ничего. В общем - соцреализм был создан для того, чтобы дать возможность пробиться бездарностям. Ибо подлинная крутизна и талант в доказательствах не нуждаются. (Анастасия Игнашева "Метод соцреализма")


Наконец то дорогу в жизни смогли пробить себе подлинная крутизна и талант

В Бахчисарайском районе установили памятник курсантам-защитникам Севастополя.На памятнике изображена картина боевых действий, воссозданная со слов одного из участников сражения.





Долой пережитки тоталитарного соцреализма

Метки:

Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Из книги Боннэр Е. Г. Постскриптум : Книга о горьковской ссылке. - М. : Интербрук, 1990.


"из дневника А. Д. Сахарова: «Следующий раз Люся ехала в Москву 22 сентября 37-м поездом. Мы боялись повторения «вагонного погрома», но вечерний поезд вообще менее подходит для такого, а кроме того, Люсе (впервые за три с половиной года) удалось обменять билет на СВ. Она ехала в полупустом вагоне. В купе с ней артист Жженов (это какая-то знаменитость),
[- А как Вас зовут, извините? -Юра Шевчук, музыкант]
боюсь только, что он был выпивши. Его провожала шумная компания. Кто-то крикнул: «С тобой поедет очень интересная (или симпатичная) женщина». Люся сказала: „Знали бы они..."».

Я прошла в купе. Все провожающие ушли. Мой визави несколько старше нас с Андреем, взгляд и глаза хорошие, хорошая большеротая улыбка, правда, с оттенком некоего профессионализма: в общем, то, что называют открытым лицом. Что-то в нем знакомое. Говорит, как хозяин, правда, дружелюбный: «Давайте знакомиться — Жженов Георгий Николаевич» (в отчестве сегодня, когда пишу, не уверена1; на Георгия Николаевича Владимова, которого очень люблю, смахивает). И как будто ждет от меня реакции какой-то особой, то ли на фамилию, то ли на дружелюбность его. Это я потом поняла, что он привык, чтобы везде узнавали, чтобы на фамилию реакция была бурная — он народный артист, но я не узнала его. А фамилий актеров вообще, кроме пяти-шести, ничьих не знаю. И я ему тоже по возможности дружелюбно, хотя поначалу на дружелюбие совсем не тянуло:
— Боннэр Елена Георгиевна,— и вижу, он руку не мне, а к двери протянул, закрыл и полушепотом:
— Та самая?
— Да, та самая.
— Никогда не подумал бы.
— Недостаточно страшна для той, о которой читали?
— Пожалуй.
— Перетерпите мое соседство или мне попросить проводника, чтобы перевели в другое купе? — Молчит. — Ну, раз молчите, я останусь, а вы уж как хотите.
На столе стояла наполовину опорожненная бутылка водки и открытая бутылка шампанского. Он налил в два стакана и предложил мне.
— Не пью.
— Совсем?
— Совсем.
— Странно!
— Вам что, где-нибудь наплели, что я к тому же и пьющая, — у Яковлева этого вроде нет?
— Говорили. Ну, а чайку?
— Чай пью.
Он достал из портфеля металлическую коробку с чаем. Любит, видимо, хороший чай. Вышел и вернулся вместе с проводницей, которая принесла все для чая. И начался наш очень долгий разговор — до четырех ночи; чай перемежался у него с водкой, к концу разговора он был сильно выпивши, если говорить мягко. Суть разговора мне хочется изложить — это ответ на частый вопрос: «Как относятся к нам, ко мне люди, верят ли они тому, что писал Яковлев?» На мой вопрос, как он может верить тому, что писал Яковлев, отвечает вопросом:
— А как не верить, на основании чего?
— На основании собственного жизненного опыта. Вам сколько лет?
—67.
— Дело врачей помните? Журнал «Звезда», Ахматова, Зощенко, космополиты...
Молчит; и потом вдруг, после еще одной рюмки, заговорил о собственном опыте. Вот его рассказ. Учился в Ленинграде в театральном училище и начинал в Ленинграде очень успешно. В 30-е годы посадили. Случайно попал в кино — пришелся на роли солдат не самого юного возраста. С этим вернулся на столичную сцену. Пришел успех, поздний, но тем дороже. Вот такой опыт! И это я ему должна что-то доказывать — при его-то опыте. Он говорит, что думает, что теперь в стране все по-другому, но, когда говорит это, видно: он не меня — себя убеждает. В разговоре с ним все время было у меня ощущение: вот еще немного, совсем немного, и что-то в нем прорвется, перестанет он сам себя утешать ложью. Но — не прорвалось. Я даже его уговаривала с поезда поехать ко мне кофе пить, чтобы посмотрел своими глазами дом, из которого я якобы выгнала детей Сахарова, нашу — мамину — двухкомнатную. А я ему книжку квартплаты покажу, где написано, что квартира была дана маме в 1954 году. Говорила, что милиционеры дежурят только с 9 утра (тогда так было), что он кофе выпьет и уйдет и никто ему этого никогда не вспомнит.
—Нет.
— Но почему, почему нет?
— Боюсь.
—Чего?
— Боюсь, и все.
К четырем часам, уже закончив бутылку водки, руку мне целовал, говорил, что преклоняется перед Андреем и передо мной тоже. Но...
— Боюсь. Боюсь.
Утром старался не глядеть в мою сторону. Как-то мельком, не глядя, пожал руку, вышел, сухо бросив: «До свидания».
На перроре меня ждал Юра Ших. Он мне сразу сказал: «С тобой Жженов ехал в одном вагоне, хороший артист, я его люблю». Ших — завзятый кино-театрал, не то, что мы: сразу узнал. А я ему всю эту историю рассказала. Ших почему-то на меня ворчал, считал, что я была недостаточно красноречива, могла бы и убедить, а уж на кофе затащить — подавно. Не прав он: страх ни в чем убедить нельзя и ничем — ни словом, ни делом. Преодолеть страх можно только самому."


Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов

Еше не вымерла Украина?

Сегодня на Украине во время демонстраций периодически возникают контрдемонстрации самостийников вроде БЮТа или украинских националистов типа УПА или "Свободы". Ничто в мире не ново. Та же самая ерунда происходила и в 1918-м... Ющенко ничего нового не выдумал - он взял идеи украинских самостийников времен гражданской войны





Панихида по Мазепе - это как хлебом не корми, как тогда, так и сегодня

ПСЫ: интересен перевод украинского гимна "Ще не вмерла Україна" ("Еще не умерла Украина") как "Еще не вымерла Украина" - сегодня это звучит особенно актуально


Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
 Читая "ужасы" крестьянской жизни до революции, вроде приведенного мною отрывка, многие могут сказать, что это большевистская агитация. Жизнь крестьян при царе была совем другой

Для того, чтобы подтвердить или опровергнуть такие заявления, необходимо представлять свидетельства современников. 
Свидетелем жизни дореволюционных крестьян в данном посте является граф Л.Н. Толстой (из Полного собрания сочинений в 90 томах, академическое юбилейное издание, том 29)


В первой деревне, в которую я приехал, - Малой Губаревке, на 10 дворов было 4 коровы и 2 лошади; два семейства побирались, и нищета всех жителей была страшная.
Таково же почти, хотя и несколько лучше, положение деревень: Большой Губаревки, Мацнева, Протасова, Чапкина, Кукуевки, Гущина, Хмелинок, Шеломова, Лопашина, Сидорова, Михайлова Брода, Бобрика, двух Каменок. 
Во всех этих деревнях хотя и нет подмеси к хлебу, как это было в 1891-м году, но хлеба, хотя и чистого, дают не вволю. Приварка - пшена, капусты, картофеля, даже у большинства, нет никакого. Пища состоит из травяных щей, забеленных, если есть корова, и незабеленных, если ее нет, - и только хлеба. Во всех этих деревнях у большинства продано и заложено всё, что можно продать и заложить.
Из Гущина я поехал в деревню Гневышево, из которой дня два тому назад приходили крестьяне, прося о помощи. Деревня эта состоит, так же как и Губаревка, из 10 дворов. На десять дворов здесь четыре лошади и четыре коровы; овец почти нет; все дома так стары и плохи, что едва стоят. Все бедны, и все умоляют помочь им. "Хоть бы мало-мальски ребята отдыхали", -- говорят бабы. "А то просят папки (хлеба), а дать нечего, так и заснет не ужинаючи".
Я знаю, что тут есть доля преувеличения, но то, что говорит тут же мужик в кафтане с прорванным плечом, уже наверное не преувеличение, а действительность. 
 
"Хоть бы двоих, троих с хлеба спихнуть, -- говорит он. -- А то вот свез в город последнюю свитку (шуба уж давно там), привез три пудика на восемь человек -- надолго ли! А там уж и не знаю, что везти..."
Я попросил разменять мне три рубля. Во всей деревне не нашлось и рубля денег.

Есть статистические исследования, по которым видно, что русские люди вообще недоедают на 30% того, что нужно человеку для нормального питания; кроме этого, есть сведения о том, что молодые люди черноземной полосы последние 20 лет всё меньше и меньше удовлетворяют требованиям хорошего сложения для воинской повинности; всеобщая же перепись показала, что прирост населения, 20 лет тому назад, бывши самым большим в земледельческой полосе, всё уменьшаясь и уменьшаясь, дошел в настоящее время до нуля в этих губерниях.

26-го мая 1898.

 

 Нищета же в этой деревне, положение построек (половина деревни сгорела прошлого года), одежд женщин и детей и отсутствие всякого хлеба, кроме как у двух дворов, ужасно. Большей частью испекли последний раз хлебы с лебедой и доедают их -- осталось на неделю или около того. Вот деревня Крапивенского уезда. Дворов 57, из них в 15-ти хлеба и картофеля, рассчитывая на проданный овес купить ржи, хватит средним числом до ноября. Овса многие совсем не сеяли за неимением семян прошлого года. 20 дворам хватит до февраля. Все едят очень дурной хлеб с лебедой. Остальные прокормятся.
Распродается и отдается задаром весь скот и ожигаются постройки на топливо, мужики сами поджигают свои дворы, чтобы получить страховые. Уже были случаи голодной смерти.

 Здесь [в деревне Богородицкого уезда] положение бедствующих уже в прежние года, не сеявших овес, опустившихся дворов еще хуже. Здесь доедают уже последнее. Уже теперь нечего есть, и в одной деревне, к[оторую] я осматривал, половина дворов уехала на лошадях в даль побираться. Точно так же же у богатых, составляющих везде около 20%, много овса и других ресурсов, но кроме того в этой деревне живут безземельные солдатские дети. Целая слободка этих жителей не имеет земли и всегда бедствует, теперь же находится при дорогом хлебе и при скупой подаче милостыни в страшной, ужасающей нищете.

 Из избушки, около которой мы остановились, вышла оборванная грязная женщина и подошла к кучке чего-то, лежащего на выгоне и покрытого разорванным и просетившимся везде кафтаном. Это один из ее 5-х детей. Трехлетняя девочка больна в сильнейшем жару чем-то в роде инфлуэнцы. Не то что об лечении нет речи, но нет другой пищи, кроме корок хлеба, которые мать принесла вчера, бросив детей и сбегав с сумкой за побором. И нет более удобного места для больной, как здесь на выгоне в конце сентября, потому что в избушке с разваленной печью хаос и ребята. Муж этой женщины ушел с весны и не воротился. Таковы приблизительно многие из этих семей. Но и у наделенных землей крестьян, принадлежащих к разряду опустившихся, не лучше.

Нам, взрослым, если мы не сумасшедшие, можно, казалось бы, понять, откуда голод народа.

Прежде всего он -- и это знает всякий мужик-- он
1) от малоземелья, оттого, что половина земли у помещиков и купцов, которые торгуют и землями и хлебом. 
2) от фабрик и заводов с теми законами, при которых ограждается капиталист, но не ограждается рабочий.
3) от водки, которая составляет главный доход государства и к которой приучили народ веками. 
4) от солдатчины, отбирающей от него лучших людей в лучшую пору и развращающей их.
5) от чиновников, угнетающих народ.
6) от податей.
7) от невежества, в котором его сознательно поддерживают правительственные и церковные школы.

1892.

 

Заработная плата доведена до минимума. Полная обработка десятины, начиная от первой пахоты и кончая свозом скошенного и связанного хлеба на помещичье гумно, стоит 4 р. за десятину в 2400 кв. саж. и 6 руб. за десятину в 3200 кв. саж. Поденная плата от 10--15 коп. в сутки.
Чем дальше в глубь Богородицкого уезда и ближе к Ефремовскому, тем положение хуже и хуже. На гумнах хлеба или соломы все меньше и меньше, и плохих дворов все больше и больше. На границе Ефремовского и Богородицкого уездов положение худо в особенности потому, что при всех тех же невзгодах, как и в Крапивенском и Богородицком уездах, при еще большей редкости лесов, не родился картофель. На лучших землях не родилось почти ничего, только воротились семена. Хлеб почти у всех с лебедой. Лебеда здесь невызревшая, зеленая. Того белого ядрышка, которое обыкновенно бывает в ней, нет совсем, и потому она не съедобна.
 
Хлеб с лебедой нельзя есть один. Если наесться натощак одного хлеба, то вырвет. От кваса же, сделанного на муке с лебедой, люди шалеют.
Подхожу к краю деревни на этой стороне. Первая изба -- не изба, а четыре каменные, серого камня, смазанные на глине стены, прикрытые потолочинами, на которых навалена картофельная ботва. Двора нет. Это жилье первой семьи. Тут же, спереди этого жилища, стоит телега, без колес, и не за двором, где обыкновенно бывает гумно, а тут же перед избой расчищенное местечко, ток, на котором только что обмолотили и извеяли овес. Длинный мужик в лаптях лопатой и руками насыпает из вороха в плетеную севалку чисто отвеянный овес, босая баба лет 50-ти, в грязной, черной, вырванной в боку рубахе, носит эти севалки, ссыпает в телегу без колес и считает. К бабе жмется, мешая ей, в одной серой от грязи рубахе, растрепанная девочка лет семи. Мужик -- кум бабе, он пришел помочь ей извеять и убрать овес. Баба -- вдова, муж ее умер второй год, а сын в солдатах на осеннем ученье, невестка в избе с двумя своими малыми детьми: один грудной, на руках, другой лет двух сидит на лавке.
Весь урожай настоящего года -- в овсе, который уберется весь в телегу, четверти четыре. От ржи, за посевом, остался аккуратно прибранным в пуньке мешок с лебедой, пуда в три. Ни проса, ни гречи, ни чечевицы, ни картошек не сеяли и не садили. Хлеб испекли с лебедой -- такой дурной, что есть нельзя, и в нынешний день баба утром сходила побираться в деревню, верст за восемь. В деревне этой праздник, и она набрала фунтов пять кусочков без лебеды пирога, которые она показывала мне. В лукошке было набрано корок и кусочков в ладонь, фунта 4. Вот все имущество и все видимые средства пропитания.
Другая изба такая же, только немного лучше покрыта и есть дворишко. Урожай ржи такой же. Такой же мешок лебеды стоит в сенях и представляет амбары с запасами. Овса в этом дворе не сеяли, так как не было семян весной; картофелю три четверти, и есть пшена две меры. Рожь, какая осталась от выдачи на семена, баба испекла пополам с лебедой и теперь доедают. Осталось полторы ковриги. У бабы четверо детей и муж. Мужа в то время, как я был в избе, не было дома, -- он клал избу, каменную на глине у соседа-мужика через двор. 
Третья изба такая же, как и первая, без двора и крыши, положение такое же.
 
Бедность всех трех семей, живущих тут, такая же полная, как и в первых дворах. Ржи ни у кого нет. У кого пшенца пуда два, у кого картошек недели на две. Хлеб, испеченный с лебедой из ржи, выданной на семена, у всех есть еще, но хватит не надолго.
 
Народ почти весь дома: кто мажет избу, кто перекладывает, кто сидит, ничего не делая. Обмолочено все, картофель выкопан.
 
 Такова вся деревня в 30 дворов, за исключением двух семей, которые зажиточны.

1891

У С.Г. Кара-Мурзы в книге "Советская цивилизация" тоже есть свидетельства современников:

«Ученый-химик и агроном А.Н.Энгельгардт, который работал в деревне и оставил подробнейшее фундаментальное исследование «Письма из деревни»: 

«В статье П.Е.Пудовикова «Хлебные избытки и народное продовольствие» в журнале «Отечественные записки» 1879, № 10 автор, на основании статистических данных, доказывал, что мы продаем хлеб не от избытка, что мы продаем за границу наш насущный хлеб, необходимый для собственного нашего пропитания... Многих поразил этот вывод, многие не хотели верить, заподозревали верность цифр, верность сведений об урожаях, собираемых волостными правлениями и земскими управами... Тому, кто знает деревню, кто знает положение и быт крестьян, тому не нужны статистические данные и вычисления, чтобы знать, что мы продаем хлеб за границу не от избытка... В человеке из интеллигентного класса такое сомнение понятно, потому что просто не верится, как это так люди живут, не евши. А между тем это действительно так. Не то, чтобы совсем не евши были, а недоедают , живут впроголодь, питаются всякой дрянью. Пшеницу, хорошую чистую рожь мы отправляем за границу, к немцам, которые не будут есть всякую дрянь... Но мало того, что мужик ест самый худший хлеб, он еще недоедает. Американец продает избыток, а мы продаем необходимый насущный хлеб. Американец-земледелец сам есть отличный пшеничный хлеб, жирную ветчину и баранину, пьет чай, заедает обед сладким яблочным пирогом или папушником с патокой. Наш же мужик-земледелец есть самый плохой ржаной хлеб с костерем, сивцом, пушниной, хлебает пустые серые щи, считает роскошью гречневую кашу с конопляным маслом, об яблочных пирогах и понятия не имеет, да еще смеяться будет, что есть такие страны, где неженки-мужики яблочные пироги едят, да и батраков тем же кормят. У нашего мужика-земледельца не хватает пшеничного хлеба на соску ребенку, пожует баба ржаную корку, что сама ест, положит в тряпку – соси».

Надо отметить, что достоверная информация о реальной жизни крестьян доходила до общества от военных. Они первыми забили тревогу из-за того, что наступление капитализма привело к резкому ухудшению питания, а затем и здоровья призывников в армию из крестьян. Будущий главнокомандующий генерал В.Гурко привел данные с 1871 по 1901 г. и сообщил, что 40% крестьянских парней впервые в жизни пробуют мясо в армии. Генерал А.Д.Нечволодов в известной книге От разорения к достатку (1906) приводит данные из статьи академика Тарханова Нужды народного питания в Литературном медицинском журнале (март 1906), согласно которым русские крестьяне в среднем на душу населения потребляли продовольствия на 20,44 руб. в год, а английские на 101,25 руб.»

А можете читать и такие свидетельства, если нравится, а выводы потом делайте сами:

До революции и до коллективизации тот хорошо жил, кто хорошо работал. Лодыри жили в бедности и нищете. На всю нашу деревню из 50 дворов был только один пьяница и дебошир. Он был сапожником.

Крестьянин всегда был сыт, обут и одет. А как иначе? Он же жил своим трудом.
Бедняками у нас были те, кто слабо вел свое хозяйство. В основном это была всякая пьянь, которая не хотела работать. Лентяи, одним словом!

Каждый хороший хозяин имел книгу ведения хозяйства, в которой учитывались все доходы и расходы. Вырученную прибыль крестьянин мог вложить в крестьянские банки, чтобы затем получать от неё проценты.

Старики и старушки с которыми доводилось общаться, рассказывали о прекрасной жизни в деревне перед 1914 годом, соблюдались все православные праздники,т.е. были выходные, еле досыта, одевались хорошо, ко всему тому могу добавить , что так называемых батраков никто не помнил, а помнили о прислугах у богатых, в прислуги попасть было трудно и т.д. Т.е. цифры ,цифрами , а живое общение как то всегда показывает другую картину. Жизнь в деревне осложнялась лишь при непогоде (засуха и т.д.), в этом случае действительно подавались в город на зароботки, может и написано эта статья на основании одного из не очень хороших погодных периодов...

 Традиционно Россия являлась крупнейшей сельскохозяйственной страной мира и своими продуктами снабжала государства Европы.







 

Метки:

Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Сегодня речь пойдет о легендарной Прасковье Ангелиной - дважды Герое Социалистического Труда, награжденной тремя орденами Ленина и орденом Трудового Красного Знамени[, лауреате Сталинской премии, депутате Верховного Совета СССР


В своих злобных попытках опорочить все советское, героическое, народное антисоветчики пускаются на самые бессовестные выдумки. Паша Ангелина одна из жертв сегодняшних "правдорубов"

Для начала дадим слово антисоветчикам:


"...Зимой 1933 года донецкое Старобешево, как и все окрестные села, люто голодало. Если бы не кусочки хлеба, которые приносили раз в неделю отцы и братья, ушедшие на шахты, к весне, наверное, не осталось бы не только работоспособных, но и живых. Когда сельские жители не смогли выйти в поле, наконец-то поступила долгожданная продовольственная ссуда — несколько мешков муки. Из нее на полевых станах готовили клецки или затируху. Всякому дошедшему до котла выдавалась миска этого варева. Ожившие люди потянулись к сеялкам и боронам — сев начался. Здесь же, в стане, и ночевали, зарывшись в солому.
Добрела сюда и Паша. Сначала помогала поддерживать огонь под котлом и готовить еду, потом носила к сеялкам посевное зерно. Поднять мешок не было сил, поэтому таскала ведрами.
К уборке зерновых из МТС прибыли первые тракторы. Любознательная, смелая девчонка не отходила от диковинных машин. Трактористов не хватало, и пришлось организовать курсы по их подготовке. Первой на них записалась Паша. Трактористка из Ангелиной вышла знатная. Пахала так, что борозды, которые прокладывала в поле, можно было линейкой вымерять."

Елена Русских "ЗНАТНАЯ ТРАКТОРИСТКА ПАША АНГЕЛИНА" http://pressa.irk.ru/kopeika/2005/04/009001.html

А теперь дадим слово самой Прасковье Никитичне

"Весною тридцатого года я стала трактористкой.
Я добилась того, что моя машина ломалась редко, во всяком случае реже, чем у других, а по выработке я перегнала многих товарищей...Читать дальше...Свернуть )

 Выводы, как всегда, делаем сами
Если историю нельзя писать пером, ее следует писать штыком

Рейтинг блогов
Рейтинг блогов
Рейтинг блогов

Profile

poltora_bobra
poltora_bobra

Latest Month

Октябрь 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Метки

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner